10 января 2015 г.

Стоит ли прыгать с парашютом?

Если вы задали себе этот вопрос - то вы попали в нужное время и в нужное место. Здесь не будет полемики о том, нужно или не нужно, плохо это или хорошо. Здесь будет история, которая произошла со мной больше года назад, и которая вполне возможно поможет вам найти ответ на свой вопрос. Эту историю многие просят меня рассказать заново, потому что она находилась в старом блоге. Я не буду ее переписывать, а просто честно перекопирую, потому что описать эти эмоции по-новому, как мне кажется, невозможно. Но перед тем, как вы ее прочитаете, я немного перед вами исповедуюсь:


"Я до сих пор, по сей день, хочу снова прыгнуть с парашютом. И да, я сумасшедшая! Этот наркотик будет жить во мне до конца моей жизни. Потому что я всегда буду бояться этого, пока не прыгну второй раз. Возможно это сложно понять, особенно после того, как прочитаете историю – но это желание внутри не проходит. Оно не исчезает. Когда я лечу в самолете, мне так и хочется сделать шаг вниз. Я знаю, что, скорее всего, я не прыгну второй раз, или если прыгну, то мне будет 80-ть лет, и я буду прыгать с инструктором. Я не говорю, что точно больше не буду этого делать. Но ответ "нет" перевешивает ответ "да" в несколько сотен тысяч раз. И перед тем, как снова поведаю вам старую историю, которую перечитываю со слезами на глазах, скажу, что я убиваю в себе желание прыгнуть снова каждый день. Как? Я его компенсирую. Я учусь кататься на сноуборде, я села на шпагат, я собираюсь заниматься очень трудными и красивыми танцами. Внутри меня живет экстрим. И чтобы не надевать тяжелый парашют во второй раз – я начала заниматься другими экстремальными видами деятельности. Чего и вам искренне желаю!"

История: "15.09.13. Прыжок с парашютом. Сумбур чувств и эмоций"


"Мечта жизни сбылась. Во всех моих картах счастья, книг желаний повторялась одна и та же идея фикс - прыгнуть с парашютом. Ощутить себя птицей и посмотреть на мир с большой высоты и лететь.

15 сентября 2013 года. Время 5:30 – подъем. С утра я не верила, что идея, которая была в моей голове в течение 10-ти лет, может осуществиться. Но знаете, самое интересное, что у меня не было страха. До самого приземления я так его и не ощутила. Мне было важно знать одно, что почувствует мама перед моим отъездом. Говорят же, что все мамы - экстрасенсы, и если бы она почувствовала что-то неладное, то не отпустила бы. Конечно, сказать маме о том, что я поехала прыгать с парашютом – означало обрести себя на смерть, поэтому отговорка, что я поехала на спортивный форум, меня спасла. Встала, взяла все необходимое (паспорт, деньги, удобную теплую одежду и кроссовки), мама отпустила спокойно, и я со свободной совестью поехала в центр встречаться с тремя сумасшедшими людьми, которые поедут прыгать вместе со мной. Диана, Альбина, Марсель и я – вот та самая компания, которая быстро залетела в такси и помчалась к своей мечте. В машине мы смеялись, обсуждали разные случаи парашютистов, слушали отличную музыку и только с шуткой и смехом обратили внимание на впереди ехавший автобус, имеющий государственный номер: 666. Посмеялись, обогнали его и поехали дальше. И вот аэродром в Куркачах перед нами. Слоган аэродрома "Я выбираю небо" нас изрядно смутил, но настроение было отличное, поэтому испортить его ничто не могло.

8:30 – начало обучения. Мы успели! Зашли, а там большое количество народу! По крайне мере, мне так казалось.  "Я думала, только мы такие сумасшедшие!" - воскликнула я. Вместе с нами в аудитории было 13 человек. Еще немного подождали, нас стало и вовсе 24. Для 24 человек этот день был особенный, и он запомнится нам на всю оставшуюся жизнь. Для кого-то это был первый прыжок, кто-то стал уже любителей и прыгал уже ни раз. Пока ждали инструктора и заполняли бумаги, ребята, сидевшие по соседству, рассказывали свои истории. Как это здорово, но и в то же время страшно. Была у многих и "группа поддержки", которая фотографировала и морально поддерживала "сумасшедших". Инструктор назвал их "сочувствующие", а кто-то не очень хорошо пошутил, может быть, этот кто-то был и из нас, и назвал их "провожающие". Тогда все смеялись.


Я была уверена, что прыгну с инструктором. Думала, что с моим весом мне и не позволят зайти на борт самолета одной. А нет. Судьба распорядилась иначе. Зашел инструктор и сказал: "Девушки, которые прыгают с инструктором, пойдемте со мной". Мои глаза загорелись. "Что уже?" -  подумала я, но решила все-таки уточнить: "А мне уже тоже идти? Я только начала заполнять бумаги!". Но инструктор явно дал мне понять, что прыгают те девушки, которые записывались заранее. В их числе не было место для меня. "Могу предложить вам прыгнуть в середине октября", - сказал он. "В середине октября, он что шутит? Нееет. Я приехала сегодня, значит, и прыгну сегодня", - подумала тогда я. Сейчас я не жалею о своем поступке, потому что думаю, что потом бы я больше не прыгнула. Никогда. Я заполнила бумаги и написала другую сумму: 2500 стоит одиночный прыжок. Мои знакомые меня поддержали и хором заявили: "Значит, судьба!". 

Трех часовое обучение. Инструктор рассказывал все четко и логично. Как пользоваться парашютом, как проверить, что он исправен при его раскрытии. Как раскрыть запасной парашют, из чего он состоит, как нужно приземляться, чтобы не получить травмы, что делать, если вы приземляетесь на дерево, в воду, на дом, как обезопасить себя, как управлять парашютом, как его складывать и многое другое. Запоминалось все легко, а после еще было отработано на практике. Мы учились мягко прыгать, и даже репетировали прыжок с самолета на землю, дабы ощутить все так, как будет на самом деле. Все было слажено и четко. После этого было время заглянуть к врачу, поесть, оплатить прыжок, собраться с духом и сесть в грузовик.


Все смеялись, что, если садишься в грузовик – назад дороги не будет.  Мы проезжали большое поле, да что большое – оно было огромным. Смотрели за летающими небольшими советскими самолетами и понимали, что для нас сегодняшний день станет действительно особенным.


Выгрузили нас посередине огромного поля. Все разложили и стали делить по полетам. Нам вчетвером хотелось попасть в один полет. Так и вышло. Мы были вторыми. Объясню, как это понять. В каждом полете по 8 человек. Самолет поднимается в воздух, прыгают сначала первая четверка, потом самолет делает круг, потом прыгает вторая четверка. Пока самолет приземляется второй полет уже готов. Так как нас было 24 человека, было три захода. И вот проводили первый заход. Ждали, когда же они прыгнут. Пока самолет взлетал, нас уже позвали надевать оборудование. Оно весит где-то 20 килограмм. Это чуть меньше половины меня. Я думала, что упаду под его грузом, но оказалось, что не все так страшно. Мне было очень комфортно и хорошо. И тут первые четыре человека прыгают, у всех парашюты раскрылись, мы громко аплодировали. Вторая четверка – то же самое. Убедившись, что жить мы будем, мы радостные пошли садиться в только что приземлившейся самолет. Как только все уселись в самолет, инструктор повернулся к нам и с улыбкой на лице сказал: «Встряли вы!». Знаете, даже тогда не было страшно. Мы почему-то все улыбались и смеялись, казалось, что это нервное. Выглядываешь в окно, а мы взлетаем все выше и выше. 1000 метров. Это 350-400 этажей. Чтобы было понятнее, это 13-15 штук нашей казанской «Ривьеры», потому что в ней всего 26 этажей. У нас вновь все проверили, сказали надеть кольцо, чтобы потом его сразу дернуть. Я была в конце. Прыжки проводились по весу. Самые худенькие прыгали самыми последними. Среди первых четырех человек были Дианка и Марсель. Как только их выбросили из самолета, мы с Альбиной поняли, что нам придется прыгать даже по той причине, чтобы не было стыдно перед ними. Я употребляю слово «выбросили» так как инструктор подталкивает каждого. И самой главной причиной является техника безопасности, чтобы при сильном порыве ветра человек не стукнулся об самолет. Так вот, мы посмеялись, а тем временем, самолет делал круг, и тут снова прозвенели те два гудка. Это означало, что нужно вставать и быть готовым прыгать. В тот момент мне казалось, что мир остановился. Первый парень был далеко от открытой двери. Инструктор его толкал, но тот сопротивлялся. В итоге, первый пошел, второй, третий, и тут дошла очередь до меня. Знаете, я даже не помнила, как оказалась в небе. 501, 502, 503 (именно так учили считать инструкторы), и ты дергаешь за кольцо. С моими силами пришлось дергать два раза. Ты не понимаешь, что ты падаешь. Ты просто весишь. Тебя крутить, переворачивает, пока ты не дергаешь за кольцо. И тут… Ты садишься. Над тобой - раскрывшийся парашют, под тобой: огромное поле, леса, домики маленькие и тишина. Гробовая. Я такой тишины не слышала никогда. Я проверила парашют, поняла, что с тремя ребятами, которые прыгали со мной я иду нормально. После этого, я, так сказать простым языком, отключила запасной парашют, чтобы он не раскрывался. И начала наслаждаться моментом. Такой красоты я не видела никогда. Такого чувства я не испытывала никогда. Чувство радости, блаженства, спокойствия, чувство полета. Ближе к земле я поняла, что меня несет не прямо к земле, а боком, я развернула парашют, как нас и учили, и приготовила ноги к посадке. Почти все мне сказали, что моя обувь не очень подходит к прыжку, но у них запасных ботинок больше не осталось, особенно моего маленького размера. Отмечу, у меня размер 35-36. И я прыгала в своих кроссовках на тонкой подошве. Приземлилась я возле Альбинки. Скажу честно, приземление жесткое. Сломать себе что-нибудь или вывихнуть проще простого. Но если делать все грамотно и правильно, ничего плохого произойти не должно. Мы счастливые с Альбиной все уложили, как нас учили, закрутили все бесконечным узлом, положили все в сумки и радостные зашагали к месту нашего взлета. Нам повезло, так как приземлились мы недалеко, поэтому тяжелые сумки долго нести не пришлось.


Только подошли к месту, только положили оборудование на землю, как вдруг наш инструктор, который давал нам команды в самолете, и прыгал после нас, начинает громко кричать: "Открывай запасной! Открывай быстрее запасной! Запасной!". Мы с Альбиной повернули головы и увидели, как кто-то из наших ребят летит вниз с огромной скоростью и падает на землю. Произошел сумбур чувств. Несколько секунд назад ты чувствовал сумасшедшую радость и через секунду ты чувствуешь сумасшедшую печаль. Да, что печаль. Это чувство просто не передать словами. Вот тогда мир и остановился. Не раскрылся ни основной парашют, ни запасник. Вы бы видели нас и глаза всех окружающих. Тишина стояла секунд 10, после чего из уст инструктора были печальные слова. Он тоже не понимал, как это могло произойти. Я резко повернулась к Альбине и первое что спросила, было: "Есть шанс, что человек выживет?". Альбина медленно покачала головой в разные стороны. "Нет" звучало тогда так страшно. Все машины отправились на место происшествия. После моего первого вопроса возник второй: "Где Диана и Марсель?". Мне стало настолько страшно. Но потом до нас дошло, что это уже третий взлет. Девушка, стоявшая рядом, заплакала, потому что в третьем полете был ее молодой человек. Никто не знал, кто упал. Не было видно, девушка это или парень. Все знакомые, чьи друзья были в третьем полете побежали в сторону тех, кто приземлился, чтобы убедиться, что их товарищи живы. Тут приехали Диана и Марсель. Оказалось, они приземлились рядом, и Марсель умудрился сломать в двух местах ногу. Была даже операция. Мы все за него переживали. Он уж посмеялся, как всегда: "Хотите перелом за 2500?". Мы рассказали, ребятам, что случилось, и ждали возвращения всех инструкторов. Тут вернулись ребята, кто прыгал в третьем полете. Никто не мог понять, кто же пропал, все просто знали, что кто-то умер. И тут к нам подходит парень и говорит: "Ребят, я свою девушку найти не могу, вы не знаете, где она?".  И тогда мы поняли, что умерла Олеся. Ей было всего 20 лет. Олеся ехала в грузовике рядом с нами. Все мы ее прекрасно помним: скромная и улыбчивая девушка. Когда вернулись инструкторы, парень подошел к ним и спросил: "Почему вы не привезли Олесю?". Ответ звучал, как гром: "Тело трогать нельзя". Никто не мог понять ситуацию, потому что она действительно была сложной. Во-первых, это случается очень редко, во-вторых, если бы она сама не дернула за рычаг, парашют должен был сам раскрыться, а если бы и он не раскрылся, то на 300-х метрах раскрылся бы запасник. Что произошло в небе, никто не знает. И возможно ли вообще это узнать, непонятно. Следственный комитет все выяснит. Мы верим. Приношу соболезнование семье Олесе и ее близким. На ее месте мог быть любой из нас. Мы могли взять тот же парашют, если дело в нем, и я бы сейчас не писала этот блог. Сложно поверить? В тот момент нам казалось, что уже все реально.

Сегодня я поняла, что работа журналистов – мерзкая вещь. Мне позвонил знакомый, чтобы узнать имя погибшей девушки. Я отказывалась от всех комментариев, потому что сейчас всем не до СМИ. Ни следственному комитету, ни тем, кто был там, ни уж, тем более, родственникам и родителям. Вы не представляете, что такое - видеть, как человек просто летит вниз. Просто летит и разбивается. Не дай Бог такое никому увидеть. Никому. Мир замирает, сердце не колотиться, кажется, что летишь ты. Кажется, что внутри тебя, что-то ломается. Жизнь разворачивается под другим углом. Ты начинаешь смотреть на все по-другому, по-другому смотреть на солнце, небо, близких людей. Страшно. Теперь, я знаю, что такое испытать настоящий страх. Я верила, что она могла выжить. Всегда верю до конца. Но оказалось, что вера ничто по сравнению с небом.

Ехали мы домой в тишине. Устали, не было ни сил, ни желания, что-либо говорить. Марсель, сидевший впереди со сломанной ногой, пытался разрядить обстановку, но все было бестолку. Я пришла домой, посмотрела на маму и успокоилась. Мне хотелось бежать, поэтому я и пошла на хоккей, встретилась с девчонками и все им рассказала. Рассказать все маме мне не хотелось. Дать понять ей, что меня могло не стать несколько часов назад, казалось низким с моей стороны. Поэтому после возвращения, я просто ей призналась, что прыгала с парашютом. Мне повезло, моя мама не читает газеты. Редко. И только прочитает мой рассказ, и то не факт.  

Вот такой был мой первый прыжок с парашютом. Сумбур чувств. Что-то поистине восхитительное, и что-то поистине ужасающее. Желания прыгать снова – нет, а вот ценить каждый день и шанс – приумножилось в разы. Правда, чувствую себя немного разбитой".

ПС. Я благодарна любимой и родной семье "Кадрового резерва". Помню, мы тогда с Дианой переписывались с ребятами в чате. И они единственные знали, где мы и что с нами. И поддерживали нас, когда произошло то, что произошло. Спасибо.